?

Log in

No account? Create an account

Вам посылка из Шанхая - Случайные заметки Андрея Ланькова — LiveJournal

Nov. 14th, 2008

07:49 pm - Вам посылка из Шанхая

Previous Entry Share Flag Next Entry


Для "Сеульского вестника" написано, вестимо...


В последнее время у рядовых жителей Северной Кореи появляется всё больше оснований для того, чтобы начать подозревать  грустную (для них) истину: Юг, в действительности, вовсе не является голодающей американской колонией, что бы там ни писали по этому поводу на страницах «Нодон Синмун».  Одним из оснований для подобных подозрений стало резкое повышение благосостояния тех семей, члены которых перебрались на Юг. Нелегальные денежные переводы, которые отправляют эти люди на родину, способны радикальным образом изменить материальное положение их родственников.

Сейчас в Северной Корее даже появился специальный эвфемизм для описания таких семей: говорится, что кто-то из членов семьи «находится в Ливии». Выражение это связано с тем, что в восьмидесятые годы многие северокорейцы были направлены на строительные объекты в Ливии. Они вернулись оттуда, до глубины души потрясённые богатством славной Арабской Джамахирии, и после этого Ливия в северокорейском народном жаргоне стало символом баснословно богатой страны.

 

Вообще говоря, северокорейские власти никогда не ограничивали право своих подданных на получение денежных переводов из-за границы - более того, такие переводы всячески поощрялись. Связано это было с тем, что значительная часть корейцев имела родственников в Японии и иных странах развитого Запада, так что переводы от этих родственников всегда играли заметную роль в пополнении скудного северокорейского бюджета. Именно желанием привлекать переводы из развитых стран связано, например, то обстоятельство, что с семидесятых годов Северная Корея имела необычно либеральный валютный режим: в стране открыто действовали валютные магазины, в которые мог прийти любой желающий, причём вопросов, откуда у человека взялась валюта или валютные чеки, обычно не задавалось. В другой стороны, товары в этих магазине продавались по существенно завышенным ценам, так что фактически с любого такого перевода взимался существенный налог в пользу государства.

Разумеется, это не относится к денежным переводам с Юга, которые всегда были запрещены. Под запретом остаются они и сейчас. Периодически в приграничных районах, т.е. там, откуда происходят большинство, находящихся на Юге иммигрантов, даже проводятся беседы на тему о том, почему ни в коем случае нельзя соглашаться на получение денег из Южной Кореи (обычно говорят, что такие деньги являются оплатой нынешних и будущих шпионских акций, а их получателей, поэтому, следует рассматривать как шпионов и изменников Родины – со всеми вытекающими отсюда последствиями) . В некоторых случаях беседы подкрепляются и карательными мероприятиями против подозрительно разбогатевших бабушек и дедушек, чьи дети или внуки несколько лет назад исчезли бесследно.

Переводы с Юга стали возможны благодаря тому, что корейско-китайская граница сейчас практически не охраняется. По обе стороны границы действуют сети профессиональных контрабандистов, которые переправляют в Китай самые разноообразные товары: от сушённых кальмаров до золотого песка и предметов антиквариата времён династии Корё. Эти контрабандисты одновременно за скромную плату доставляют из-за границы письма, а также могут взять на себя и доставку денег (разумеется, везут деньги в виде наличности).

Стоит это удовольствие недёшево, в последние год-полтора установился даже стандарт стоимости таких услуг – 30% от суммы перевода. Однако надо отдать должное китайским и северокорейским контрабандистам — деньги обычно доходят без особых проблем (по крайней мере, лично я о таких проблемах не слышал).

Масштабы этих переводов оценить трудно, так как вся эта деятельность с начала и до конца является незаконной (причём незаконной как с точки зрения южных, так и с точки зрения северокорейских властей) и посему никем толком не контролируется и не отслеживается. Тем не менее, некоторые прилизительные прикидки сделать всё-таки можно.

Считается, что сейчас деньги родственникам на север регулярно отправляет примерно половина всех северокорейских эмигрантов. Поскольку на настоящий момент общая численность этих эмигрантов составляет 15 тыс. человек, то можно предположить, что количество людей, отправяющих переводы, составляет примерно 7 тыс. человек. Сумма, которую посылает каждый отдельный человек, не очень велика, в том числе и потому, что невелики доходы большинства северокорейских иммигрантов, которые на Юге живут очень скромно, порою – на грани нищеты. Тем не менее разумно предположить, что средний размер перевода составляет около 150 долларов в месяц, то есть примерно 10-15% среднего дохода эмигранта (каковой доход, повторяю, примерно в два раза уступает среднему по стране). Простым умножением мы получаем, что таким образом в Северную Корею поступает 10-12 миллионов долларов в год. Разумеется, по меркам больших и серьёзных экономик эта сумма не кажется слишком внушительной, однако для Северной Кореи и такие поступления являются весьма заметной величиной. В конце концов, северокорейская выручка от кэсонского туристского проекта составляют всего лишь 12 млн. дол. в год, т.е. вполне сравнимую сумму (причём речь идёт о выручке, а не о прибыли!).

Если же говорить не о мерках государственного бюджета, а об индивидуальных бюджетах получателей,  то суммы, отправляемые на Север, скромны по обычным южнокорейским меркам, но для получателей они превращаются в огромные состояния (как всегда и бывает с изолированными экономиками, тут играет роль огромная разница валютных курсов). Приведу лишь один пример. В городе Чхонджине, на северо-востоке КНДР, для того, чтобы приобрести в долгосрочную аренду (практически в квази-собственность) маленькую торговую точку («тхак», на местном жаргоне, т.е. 60 см прилавка) на главном городском рынке Сунам, необходимо уплатить 500 тыс. северокорейских вон. Если учесть, что в Северной Корее средняя официальная зарплата сейчас чуть меньше 5 тыс. СК вон, а средний реальный доход — около 15-20 тыс. СК вон (по нынешнему курсу – чуть менее десяти долларов ), то понятно, что 500 тыс. СК вон представляет собой огромную сумму, неподъёмную для большинства северян. С другой стороны, это всего лишь эквивалент 200 тыс. ЮК вон, т.е. 7-8% среднемесячной сеульской зарплаты – сумма, которую даже скромно оплачиваемый житель Юга может выплатить без напряжения. Доход от такой торговой точки, однако, вполне достаточен для того, чтобы сделать её владельца человеком по северокорейским меркам весьма обеспеченным.

Понятно, что подобная ситуация будет иметь серьёзные политические последствия в долгосрочном плане. В бедность Юга, наверно, не верит уже никто, по крайней мере, в приграничных районах, куда, в основном, и направляются переводы. Однако их появление уже само по себе уже является ещё одним доказательством сказочного процветания «Ливии», жители которой, в действительности,  говорят на том же языке и формально считаются членами той же самой нации.