?

Log in

No account? Create an account

мысли о новостях из Нью-Йорка - Случайные заметки Андрея Ланькова

Mar. 5th, 2016

07:06 pm - мысли о новостях из Нью-Йорка

Previous Entry Share Next Entry

По поводу резолюции Совета Безопасности ещё напишу, но пока – тезисно (хотя всё равно совсем коротко не получилось).



1. Принятые меры являются беспрецедентными. У нас в свое время любили говорить (особенно северокорейские симпатизанты, но и не только они, но и просто не слишком знающие люди), что, дескать, «Северная Корея находится в экономической блокаде». Я, читая такие заявления, всегда только хмыкал, ибо в действительности до недавнего времени (до позавчерашнего дня) никаких серьёзных санкций в отношении Северной Кореи не предпринималось. По сути ей запрещали торговать тем, чем она и так торговать не могла, или с теми, кто с ней и так торговать не собирался (единственное исключение - санкции по делу BDA. которые работали лишь несколько месяцев). Однако сейчас ситуация, увы, изменилась: санкции, которые принял Совет Безопасности сейчас, действительно достаточно близки к той самой «экономической блокаде».

2. Такой поворот событий стал неожиданным, ещё пару недель назад ничего беды не предвещало. Неожиданностей тут две: неожиданная острая реакция Вашингтона на достаточно рутинное мероприятие Пхеньяна, и неожиданная готовность Пекина эту реакцию поддержать.

3. Я лично не совсем понимаю, почему четвёртое (не первое, не второе, не третье) испытание ЯВУ привело к подобной реакции в Вашингтоне. Впрочем, возможно, что масла в огонь добавил второй подряд успешный запуск МБР ИСЗ, который, продемонстрировал, что Северная Корея сделала ещё один заметный шаг в работе над полноценными системами доставки. Тем не менее, такая жёсткая реакция Вашингтона была неожиданной (для меня – но далеко и не только для меня).

4. Совсем неожиданным стало решение Китая поддержать ультра-жёсткую резолюцию Совета безопасности. Еще до середины февраля китайцы не испытывали никакого энтузиазма по поводу планировавшихся санкций. Китайские эксперты и официальные лица говорили (в том числе и мне в январе в Пекине), что Китай не поддержит серьёзных санкции – и объясняли почему. В Китае соглашались с тем, что как-то ответить на ядерное испытание всё-таки надо, но считали, что эти меры должны носить полу-символический характер.

5. Когда к февралю в Вашингтоне осознали, что китайцы не рвутся поддерживать новый жёсткий режим санкций, то в Вашингтоне стали возлагать надежды на то, что на Пекин можно оказать давление. Несколько упрощая, американцы стали считать, что им следует увеличивать свое военное присутствие на Корейском полуострове и вокруг него, объясняя это поведением Северной Кореи. В частности, речь шла о развертывании системы ПРО (THAAD), хотя одним этим американские планы не ограничивались. В Вашингтоне полагали, что китайская сторона, столкнувшись с бряцанием оружием на подступах к Пекину, решит, что «Пхеньян стоит мессы» и пойдёт на уступки в своей северокорейской политике, согласившись давить на Пхеньян совместно с США.

6. Я лично тогда относился к этим американским планам крайне скептически и был уверен, что китайцы нажиму не поддадутся (в том числе и потому, что у меня самого было такое впечатление из собственных контактов с китайскими товарищами), однако я оказался не прав: китайцы поддались. Это стало ясно после встречи Обамы с Ван И (министром иностранных дел КНР) в конце февраля. Судя по всему, китайцы решили, что они не могут допустить ухудшения своего стратегического положения в Северо-Восточной Азии и ради этого готовы пойти на уступки по северокорейскому вопросу. Свою роль сыграло и то, что и безо всякого американского давления в Пекине более чем хватает желающих поставить Пхеньян на место, и прекратить опасные игры с распространением: ни сам северокорейский режим, ни его ядерная программа в Пекине симпатии никогда не вызывали .

7. Пока, правда, не понятно, собирается ли Китай реально выполнять все те жёсткие условия, которые предусматриваются нынешним режимом санкций. Однако, если мы предположим, что согласие Китая на участие в нынешнем режиме санкций было дано в обмен на обещание американцев не создавать Китаю дополнительных проблем военно-стратегического характера, то тогда остается предположить, что американцы по-прежнему будут контролировать ситуацию. Если Китай подписал нынешнюю резолюцию только для вида и постарается санкции потихоньку саботировать, то США, узнав об этом, могут сделать то, что они обещали не делать (например, разместить ту же самую систему ПРО).

8. Влияние происходящего на Северную Корею пока оценить трудно, но, скорее всего, оно будет негативным и, возможно, сильно негативным. Вероятнее всего, санкции, даже если они будут выполняться не очень добросовестно, приведут к ухудшению экономического положения Северной Кореи. В результате то заметное улучшение экономической ситуации, которого удалось достигнуть за последние 7-8 лет (а в особенности - за 4 года правления Ким Чен Ына), будет сметено могучим ураганом. Жить простым людям станет хуже, возможно – сильно хуже, а реформы, скорее всего, будут приостановлены.

9. Разумеется, это ухудшение, от которого пострадает подавляющее население страны, не окажет никакого влияния на политику северокорейского руководства. Северокорейское руководство считает, что сохранение ядерного потенциала является важнейшим условием выживания государства/режима. Если даже люди начнут опять умирать от голода, как в конце 1990-х, северокорейское руководство ядерное оружие не сдаст, причём эту их позицию отчасти где-то даже можно понять (надеюсь, всем памятна судьба Каддафи).

10. Таким образом, решение Совета безопасности можно считать одной из самых больших неприятностей, которая случилась на северокорейском направлении за последние годы – при этом неприятность эта оказалась совершенно неожиданной.

11. К санкциям Совета Безопасности необходимо еще добавить набор санкций, принятых Южной Кореей (закрытие Кэсонской зоны – первый такой шаг, будут и другие) и Соединенными Штатами. О них писать много не буду, достаточно сказать, что эти односторонние санкции и сами по себе вполне способны нанести ощутимый вред северокорейской экономике – а они вводятся не сами по себе, а в пакете с суровыми санкциями ООН.

12. В подобной ситуации нельзя исключать того, что зажатое в угол северокорейское руководство, которому сейчас действительно нечего терять, пойдёт на дальнейшее обострение ситуации (куда-нибудь постреляет и что-нибудь утопит). Терять, повторяю, Северной Корее сейчас нечего, а подобные меры дают определённую надежду на то, что кто-то из заинтересованных сторон дрогнет, испугается последствий и пойдёт на уступки, ослабив ту удавку, которую совершенно неожиданно накинули на горло Северной Кореи.

13. В общем, всё повернулось туда куда не надо, внезапно.